Вернётся ли фактор, ставший триггером январских событий?

Когда видишь красивые отчёты и ведомственные «победы», которые не выходят за рамки бумажной статистики, невольно возникает тревожный вопрос: смог ли Казахстан устранить ту самую структурную дисбалансность, которая стала триггером «кровавого января»?

Три ключевых фактора, приведшие к кризису — растущий внутренний спрос на газ, устаревшие инфраструктурные возможности и искусственная ценовая политика — сегодня не должны углубляться и превращаться в системную угрозу. Это важно для стабильности и спокойной жизни граждан.

Президентский приоритет и бюрократическая арифметика

На последнем, пятом заседании Национального конституционного совета (по проекту новой Конституции эта структура объединится с Ассамблеей народа Казахстана в новый орган «Народный совет») Касым-Жомарт Токаев отдельно остановился на проблеме газоснабжения. Он подчеркнул, что газовая сфера — стратегический приоритет.

Обеспечение населения газом — это не только социальный комфорт, но и элемент национальной безопасности. Президент поручил активизировать геологоразведочные работы, разрабатывать месторождения углеводородов и своевременно вводить в эксплуатацию крупные газоперерабатывающие заводы.

Энергетическому министерству совместно с фондом «Самрук-Казына» поручено подготовить детальный план освоения перспективных месторождений нефти и газа, а фонду — строго контролировать графики запуска проектов по переработке газа.

Иными словами, государство признаёт системный характер проблемы. Речь идёт не о единичных сбоях, а о необходимости расширения ресурсной базы и мощностей при непрерывном росте внутреннего спроса.

Иначе при текущих темпах потребления запасы газа, разведанные ещё в советские времена, исчерпаются. Министерство энергетики определило газификацию как один из ключевых приоритетов государственной политики.

На сегодня в Казахстане 13 млн человек обеспечены газом, а к концу 2026 года уровень газификации должен вырасти с 62,4% до 64,3% — уверенный, но медленный рост.

EA Daily

Если перевести бюрократический язык на экономический, получается, что за два года прирост составит всего около 2%. Это не стремительное преодоление кризиса, а скорее «хромающая» динамика.

В 2025 году газ был подведён к 94 населённым пунктам и улучшил жизнь 354 тысяч человек. В этом году планируется газификация всего 10 крупных сёл — 40 проектов, охватывающих 32 тысячи человек. Замедление объясняется, вероятно, ограниченностью ресурсов или нехваткой финансирования.

«Иллюзия в трубах»

Процесс газификации столицы близок к завершению. Районы «Шұбар», «Өндіріс», «Garden Village» получат газ, что улучшит городскую экологию.

Однако каждый новый абонент — это дополнительная нагрузка на магистральную сеть. Введение второй ветки трубопровода «Бейнеу – Бозой – Шымкент» с пропускной способностью до 15 млрд кубометров должно помочь, но важно помнить: трубы газ не производят, они лишь распределяют существующие ресурсы.

При нехватке ресурсов приходится рассматривать поставки из России, что повышает зависимость от внешнего поставщика. Эксперты отмечают, что Москва продаёт газ Китаю почти по внутренним тарифам, а у Казахстана требует более высокую цену.

«Справедливая цена» — горькая реальность

Четыре года назад население болезненно восприняло резкое повышение цен на газ. С тех пор власти держали цены на низком уровне. Сейчас чиновники постепенно готовят общество к «рыночной» цене.

Фото: АО "НИТ"

Министр энергетики Ерлан Аккенженов подчеркнул необходимость «справедливого ценообразования» для стимулирования геологоразведки, освоения новых месторождений и ввода новых мощностей.

Это означает постепенный переход от искусственно заниженных тарифов к экономически обоснованным. Именно здесь возникает ключевой риск: тарифная реформа требует сохранения социальной стабильности, одновременно стимулируя инвестиции.

Реформа отрасли

В конце 2022 года парламент внёс поправки в закон «О газе и газоснабжении», выведя товар на биржу. Спекулянты на бирже взвинтили цены.

В 2026 году парламент готовит новый закон, вводящий дифференцированные тарифы, с нормами потребления для населения и бизнеса. Теперь сверхнормативное потребление будет оплачиваться по повышенному тарифу.

Экономический смысл: стимулировать экономное потребление, не допускать дефицита.

Однако с политической точки зрения это рискованно: многодетные семьи или малоимущие, вынужденные включать плиту зимой, могут получить внушительные счета.

Ещё одна новация — обязательная установка «умных» счётчиков для потребителей. Депутаты называют это «преимуществом цифровизации», но без баланса между доходами и ценой энергии новые технологии могут усилить социальную напряжённость.

Вывод

Если внутренний спрос превысит ввод новых мощностей, а тарифы не будут соизмеримы с доходами населения, Казахстан снова окажется в «замкнутом круге».

Правительство должно синхронизировать темпы добычи газа, доступность тарифов и геологоразведку, чтобы действия в газовой сфере способствовали устойчивости.